Тайна леса

Немцы и лес, с давних пор между ними существует внутренняя связь. Сегодня лесничий и автор книг Петер Вольлебен популяризирует новый взгляд на то место, куда так тянет людей.

Peter Wohlleben
Miriam Wohlleben

Петер Вольлебен, рост – 1,98 м, жилистый, бородатый, прислоняется к буку, правой рукой гладит по стволу. Стоять под буком во время грозы также опасно, даже если крестьянская мудрость утверждает иное, говорит он. На гладкую структуру коры накладывается водяная пленка, по ней отводится электричество. Поэтому когда ударяет молния, то в отличие от дуба на буке не виден желобок от ее попадания в дерево. Вольлебен смотрит на небо; ветер крепчает, гонит темные облака над лесом, над его лесом. Мужчина улыбается и говорит: «Про деревья люди думают, что это поставщики кислорода, тени, очистители воды и источник древесины, но никто не думает о том, какие это восхитительные существа». Петер Вольлебен – лесничий в маленькой общине Хюммель в Эйфеле. Но он и автор бестселлеров: его книга «Тайная жизнь деревьев» («Das geheime Leben der Bäume») стоит на самом верху в списке бестселлеров, за ней сразу же идет его новая книга «Духовная жизнь животных» («Das Seelenleben der Tiere»). Некоторые лицензии проданы за рубеж. Вольлебен говорит: «Успех удивил меня так же, как и других». Когда он вместе с женой искал свою опубликованную книгу о деревьях в одном из книжных магазинов, то нашел ее на полке с литературой по эзотерике. Вольлебена это забавляет.

Он наклоняется, поднимает один листик с покрытой листвой земли. «В принципе мы здесь ходим по туалетной бумаге, – говорит он. – «Прежде чем наступает зима дерево освобождается от избыточных веществ, которые сбрасываются с опадающей листвой на землю». При этом цитируется даже Петер Маффай: «И когда я ухожу, то уходит лишь часть меня». «Эта строка из песни немецкой поп-звезды могла бы быть написана деревом», – говорит Вольлебен. Мертвое тело дерева крайне необходимо для лесного кругооборота. Веками оно вытягивало питательные вещества из почвы, накапливало их в древесине и коре. «Оно представляет собой ценное сокровище для своих детей».

Теперь часто говорят: Вольлебен вернул немцам их лес. Немцы и лес, снова эта тема. Гёте, Тик, Эйхендорф – в свидетельствах упоения лесом недостатка нет. Лишь под небом из листьев человек становится человеком, писал Тик о лесе как о месте уединения. Вот уже 20 лет Петер Вольлебен водит людей по лесу, показывает, разъясняет, рассказывает. И чувства. Вольлебенская риторическая стратегия очеловечивания давно им опробована. В действительности Вольлебен не возвращает немцам их лес. Он разъясняет им, что такое дерево с тем, чтобы они лучше понимали лес. Он не задается, как романтики, вопросом о том, что может сделать лес для спасения нашей души, а спрашивает, что мы можем сделать для леса.

То, как мастерски можно переводить научные познания на обычный человеческий язык, как вызывать симпатию и уверенно себя держать, как обладать тонким чувством юмора, Вольлебен продемонстрировал в нескольких ток-шоу. Он то и дело рассказывает о грибах. Они работают как оптоволоконные кабели для интернета. «Грибницы пронизывают всю лесную почву и частично даже передают электрические сигналы. Одновременно они распределяют и сахарные растворы. В чайной ложке лесной земли содержится несколько километров этих тончайших нитей». «Wood Wide Web» – так называется эта сетевая структура, понятие из сферы науки.

Деревья, говорит он, могут даже считать. В марте уже бывают теплые дни, но деревья не спешат распускать листья. Почему? Из-за возможных поздних заморозков. «Техническим университетом Мюнхена установлено, что деревья считают число дней с температурой свыше 20 градусов. Лишь тогда, когда определенное число превышено, они начинают распускать листья». Вольлебен не эзотерик, он – просветитель.

Когда в свое время он работал в системе государственного управления лесным хозяйством, то занимался там оптимизацией лесных посадок. Его задача состояла в том, чтобы эксплуатировать лес. В голове Вольлебена деревья превращались в обработанную древесину. Ежедневно он оценивал буки, ели, дубы или сосны на предмет их маркетинговой стоимости. Какие деревья подходят для изготовления благородной фурнитуры? Какие годятся только на дрова? Он видел в деревьях не то, что они из себя представляют, а то, что из них можно было бы сделать.

В экономическом плане самый большой недостаток леса заключается в его медленном росте. Пока дерево действительно вырастет, проходит почти целая вечность. То, что предусмотрено природой, не вписывается в нынешние времена. Поэтому на помощь приходит лесник и предоставляет больше света молодым деревьям, рост которых сдерживается могучими деревьями. Для того, чтобы стволы быстрее становились толще и готовыми к вырубке. Официально это называется омоложением леса. «Уничтожение», – говорит Вольлебен. В его лесу такое немыслимо. Раньше Вольлебен страдал от того, что такие понятия, как эффективность, гибкость, максимизация прибыли диктовали то, как надо обращаться с природой. В 2006 г. Вольлебен, 1964 г. рождения, женатый человек и отец двоих детей, уволился. Его нынешний ­работодатель, община Хюммель, как и он убеждена в том, что мягкое использование ­
леса и прибыль не исключают друг друга. Позднее, сидя дома за кухонным столом, Вольлебен рассказывает, что сейчас он мог бы ездить по всей стране и каждый вечер выступать с докладами. Но на это у него нет времени. Ведь в первую очередь Петер Вольлебен – хранитель своего леса. ▪