Преодолевать кризисы вместе

Германия содействует стабилизации и обеспечению гуманитарной помощью кризисных регионов в рамках целого ряда проектов.

Mit einer Vielzahl von Projekten trägt Deutschland zur Stabilisierung und humanitären Grundversorgung in Krisenregionen bei.
Sia Kambou/AFP/Getty Images

Йорг Кюнель, заместитель управляющего региональной программой развития ООН (UNDP) в Нигерии, не может забыть то, что происходило 9 мая 2018 г. Тогда в Майдугури, бывшем оплоте террористической организации «Боко харам» на северо-востоке страны, прошел первый «губернаторский форум». Идея организованной UNDP встречи заключалась в том, чтобы собрать за одним столом всех региональных политических игроков и создать условия для обмена мнениями. «Нам удалось невозможное – провести первую в истории конференцию в этом регионе», – говорит Кюнель.

Эта встреча действительно стала особенной по целому ряду причин. В ней приняли участие сразу четыре страны – Нигерия, Камерун, Нигер и Чад, страны одного из самых взрывоопасных регионов мира – бассейна озера Чад. Кроме того, на нее прибыли высокопоставленные представители ООН, которые руководили работой конференции, несмотря на напряженную ситуацию с безопасностью. «Мы хотели послать мощный политический сигнал, показать, что мы серьезнейшим образом поддерживаем регион».

Губернаторский форум будет проходить ежегодно. Это часть масштабного проекта UNDP по стабилизации в бассейне озера Чад, поддерживаемого МИД с октября 2017 г. Проект нацелен на решение конфликтов и установление мира в регионе. «Еще в 2016 г. на саммите по гуманитарным вопросам мы понимали, что проблемы гуманитарной помощи, поддержания мира и развития нужно решать вместе. Теперь мы перешли к практической реализации», – говорит Кюнель.

Стабильность на пути к миру

Помимо создания региональных политических форумов проект UNDP занимается мерами по обеспечению снабжения необходимыми для жизни ресурсами северо-восточных коммун Нигерии, а также ресоциализацией бывших боевиков «Боко харам». «Все это очень амбициозные проекты, но архиважные, если мы хотим помочь встать этому региону на ноги в среднесрочной и долгосрочной перспективе», – делится своими мыслями Кюнель. Речь идет о том, чтобы вернуть людям чувство безопасности и контроля. Адресатом являются, прежде всего, молодые люди, которые идут к боевикам из-за отсутствия жизненных перспектив. «В течение шести месяцев мы только и делали, что ходили от общины к общине и спрашивали людей: что должно случиться, чтобы вы смогли снова принять у себя бывших преступников?».

Ситуация в бассейне озера Чад запутанная, борьба с террористической организацией «Боко харам», идущая с 2009 г., стоила жизни как минимум 25.000 гражданским лицам. Свыше 2 млн. чел. были вынуждены покинуть свои места проживания, ок. 3,6 млн. постоянно под угрозой голода. Взрывной рост населения привел к нехватке ресурсов.

Решающим фактором стабилизации в стране, подчеркивает Кюнель, стала готовность МИД Германии начать разрабатывать программу с четким политическим профилем. «Во время пилотной фазы проекта в начале 2017 г. мы поняли, что одним нам не справиться, и стали искать партнеров. Многие считали, что для политического проекта по развитию государств региона озера Чад нет рамочных условий из-за гуманитарного кризиса. И тогда МИД взял быка за рога и срочно начал политический процесс».

«Внешняя политика с применением средств»

Эккехард Брозе видит в этом лишнее подтверждение правоты пути, избранного МИД для своей международной работы. Брозе является Уполномоченным по вопросам гражданского предотвращения кризисов и стабилизации созданного в 2015 г. нового Отдела по предотвращению кризисов, стабилизации, улаживания конфликтов и гуманитарной помощи в МИД. «Мы поставили перед собой задачу заново определить смысл внешнеполитической активности в кризисных регионов, – говорит Брозе. – Современная внешняя политика означает сегодня нечто большее, чем просто классическую дипломатию». Именно в ситуации кризисов речь идет о том, чтобы подбирать к политическим целям правильные инструменты, например, поддержку правового государства, медиацию, реформу сектора безопасности или работу с прошлым. Для этого, по словам Бозе, и была придумана концепция «Внешняя политика с применением средств». Идея в том, чтобы объединить персонал, средства и компетенции. Ведь политика в кризисных регионах требует комплексного подхода, гибкого задействования не только дипломатии, но и средств политики безопасности и развития.

Сначала нужно было разобраться с самим понятием стабильности. Опыт в Афганистане и Ираке стал для МИД решающим; сам Брозе работал в Ираке с 2014 по 2016 г. в качестве посла. «Мы уже тогда тесно сотрудничали с UNDP, что сыграло решающую роль при старте кооперации в бассейне озера ЧАД». В октябре 2017 г. кабинет министров выпустил директиву, где стабилизация определялась как «подход к работе с насильственными конфликтами, делающий ставку на политические процессы в решении конфликтов».

Еще один пример нового профиля Германии в решении вопросов стабилизации – это сотрудничество с британской неправительственной организацией Conciliation Resources (CR). Как и UNDP, CR также работает над поддержанием мира на северо-востоке Нигерии. Вот уже много лет организация проводит так называемый Youth Peace Platforms (YPP) с целью достучаться тех, кто находится в эпицентре конфликта, а именно, молодых людей. «Кто хочет добиться эффективного преодоления кризисов в регионе, тот должен позаботиться о молодежи», – говорит Джейнет Адама Мохаммед, West Africa Programme Director в CR. Ведь молодежь страдает больше всего.

Предотвращение кризисов в Нигерии

YPPs – так называются места для встреч молодых людей, где они находят защиту, поддержку и перспективы для жизни. «Одна из ключевых проблем в бассейне озера ЧАД – это распад государственных структур, – говорит Мохаммед. – Мы думаем, что для долгосрочного предотвращения конфликтов кровно необходимо дать людям чувство опоры, вернуть доверие к государственным структурам, обеспечить политическое участие». МИД поддерживает этот и аналогичные диалоговые форумы в рамках своей программы стабилизации, чтобы население могло как можно быстрее увидеть преимущества мирного сосуществования (так называемые «дивиденды мира»).

И поддержка эта не только финансовая: МИД проводит конференции с участием высокопоставленных лиц, обеспечивает переговорный процесс, направляет средства. В октябре 2018 г. в Берлине прошла конференция по бассейну озера Чад, где за одним столом собрались ключевые игроки из региона.

Климат и безопасности

Аномальные погодные явления и другие последствия изменения климата ставят под угрозу мир и безопасность. Изменение климата имеет не только экологическое, но политическое измерение. Регион озера Чад – наглядная иллюстрация того, что изменение климата – одна из центральных угроз безопасности в XXI в. Погодные аномалии случаются все чаще, лишая людей возможности удовлетворять базовые потребности. Нельзя предсказать наводнение и засуху, а значит, население вынуждено постоянно жить на грани возможностей.

В регионе озера ЧАД до 90% людей живет за счет сельского хозяйства, рыболовства или животноводства. Военный конфликт с «Боко харам» ограничивает доступ к плодородным почвам. «Если добавить сюда неуверенность ¬относительно сезона дождей и времени сбора урожая, то для людей это может обернуться катастрофой», – считает Янани Вивекананда. Она проект-менеджер в берлинском мозговом тресте adelphi, вместе с которым МИД изучает последствия изменения климата для бассейна озера Чад. В рамках проекта «Lake Tschad Risk Assessment», который задуман до 2020 г., должны быть определены риски и представлены возможности профилактики. Кроме того, Германия планирует использовать свой голос в Совбезе ООН 2019/20 в том числе для того, чтобы обратить внимание международного сообщества на последствия изменения климата для ¬политики безопасности.

Разминирование в целом ряде стран

Новое понимание кризисного менеджмента внушает доверие к внешнеполитическим инициативам Германии. Одновременно увеличивается и спектр активности МИДа. «Хороший пример – наша работа по разминированию в Ираке», – говорит Эккехард Брозе. При этом речь идет о чем-то большем, чем просто некий «акт гуманности». «Речь идет о стабилизации с ясной и понятной политической целью, а именно, с целью поддержания иракского правительства».

Более десяти поддерживаемых Германией организаций помогают пострадавшим от военных действий странам оправиться от последствий, создать условия для возвращения изгнанников на родину. В 2017 г. Германия стала вторым по величине донором помощи в сфере разминирования и очистки от неразорвавшихся боеприпасов.

В Украине МИД поддерживает организацию The HALO Trust. Сейчас эта европейская страна относится к числу наиболее зараженных минами стран. В Ираке, на территории, бывшей под контролем ИГ, Германия также поддерживает службу ООН по разминированию UNMAS и организацию Handicap International. Здесь ИГ оставило огромное количество взрывчатки. В Фаллудже, Рамади, Моссуле взрывчатка ¬закладывалась даже в холодильники, игрушки, светофоры, дверные косяки. Handicap International как раз и занимается очисткой от этих самодельных взрывных устройств. «В Ираке нам удалось вернуть значительную часть беженцев в их родные места. Без программы по разминированию это было бы невозможно», – подчеркивает Брозе.

Гуманитарная помощь на Ближнем Востоке

Не менее важным, чем продвижение новой концепции стабильности в кризис-менеджменте, для Германии по-прежнему является гуманитарная помощь, которая вот уже боле 50 лет находится в сфере ответственности МИД. «Гуманитарная помощь – нечто принципиально иное, нежели стабилизация. Здесь идет речь об удовлетворении конкретных потребностей человека, невзирая на стороны конфликта и политику», – подчеркивает Бозе.

В этом смысле Германия особенно активно действует в соседних с Сирией странах, которые принимают наибольшее количество беженцев и оказываются на пределе своих возможностей. В Ливане действует организация Malteser International. При финансовой поддержке МИД она реализует проект мобильного медицинского обеспечения населения. Вот уже несколько лет по деревням, где больше всего нуждаются во врачах ездят «мобильные поликлиники» в виде приспособленных под медицинские нужды туристических автобусов. ¬Жаннин Литмайер, глава региональной группы «Ближний Восток» в Malteser International, ¬является одним из директоров проекта. Она подчеркивает: «Хотя мы уже давно присутствуем в Сирии, все, что мытам делаем, является гуманитарной помощью в классическом смысле этого слова».

А для Томаса Роттланда, ответственного за иорданские программы в CARE Deutschland, важно не только и не столько снабжение людей необходимыми ресурсами, сколько защита ¬особенно уязвимых групп населения вроде детей или матерей-одиночек. Идея в том, чтобы предоставить сирийским беженцам (их подавляющее число), которые вопреки официальному мнению проживают не в лагерях, а именно рассеяны по городским районам, точную информацию о возможностях получения помощи, оказать им психосоциальную поддержку, снабдить какими-то деньгами для того, чтобы они могли собрать детей в школу».

Похожим образом ситуацию видит и Михаэль Фришмут из Diakonie Katastrophenhilfe. Он координирует проект по снабжению продуктами питания сирийских беженцев в Ливане. «Когда мы говорим о гуманитарной помощи, мы уже давно имеем в виду не только распределение гуманитарных пакетов». По его словам, кризисы становятся все более сложными, а значит, «необходимо дать людям возможность заботиться о самих себе».

Проект диаконии, как и CARE, фокусируется на людях, живущих не в больших лагерях, а в городских кварталах, в импровизированных убежищах или просто нелегально где-нибудь посреди поля. «Мы подвозим мобильные кухни, даем продукты питания, из которых потом беженцы сами готовят себе обед. Так люди получают шанс заработать себе хоть какие-то средства и покрыть ежедневную потребность в пище».

Так в чем же суть германского кризис-менеджмента? Для Эккехарда Брозе суть в ответственности. «Это часть нашей международной ответственности: мы задействуем современный кризис-менеджмент для улаживания конфликтов, профилактики дальнейших кризисов, одновременно предоставляя гуманитарную помощь для тех, кто сам себе не может помочь и не получает помощи с какой-либо стороны. Все это предполагает взаимодействие и многосторонне участие самых разных сил и игроков. Лишь так мы можем преодолеть текущие вызовы».

You would like to receive regular information about Germany? Subscribe here: