Выборы – ценное благо

Почему люди с миграционным прошлым идут голосовать на выборах в Бундестаг. Мы спросили трех из них о мотивах, которые ими движут.

Ожидание перед избирательным участком (фото из архива 2020 г.)
Ожидание перед избирательным участком picture alliance/dpa

26 сентября Германия изберет новый бундестаг. Право голоса имеют 60,4 миллиона человек. По разным оценкам, более двенадцати процентов, т.е. около 7,4 миллиона человек, имеют миграционное прошлое. Трое из них рассказали нам, почему они будут голосовать.

«Когда я впервые шел на выборы, я очень волновался, – говорит Александр Давыдов. – «Я хотел, чтобы мой голос тоже прозвучал, и у меня возникло ощущение, что он действительно важен и нужен». В 1993 году, когда Александру было всего пять лет, его родители приехали в Германию из Санкт-Петербурга. Вместе с ним был и его брат. После распада Советского Союза евреи стали подвергаться антисемитским нападкам, и многие из них смогли эмигрировать в Германию в качестве «условных беженцев». Отец говорил по-немецки, потому что учил его в школе. Будучи инженером по образованию, он нашел работу в Дортмунде, где Александр и вырос. Голосование всегда считалось чем-то очень важным в семье. «Мой отец всегда голосовал за партии, которые поддерживают семьи, он хотел, чтобы нас защитили, чтобы мы быстрее обзавелись своим домом», – говорит Давыдов, ныне спортивный редактор во Франкфурте. Семья натурализовалась в 2001 году, ему было 13 лет. После окончания средней школы Давыдов отправился служить в Вооруженные силы Германии, а затем отправился странствовать по миру: он путешествовал с рюкзаком через Азию, Океанию, Западную Африку и Ближний Восток. Он по-прежнему любит путешествовать. «Я побывал в более чем 70 странах по всему миру, побывал в странах с диктаторским режимом и королевствах. Для меня жизнь и возможность голосовать в условиях демократии – это как первый глоток питьевой воды из-под крана после каждой поездки: невероятно ценно».

Для меня жить и голосовать в условиях демократии бесценно.

Александр Давыдов, спортивный редактор

Севги Санна в младенчестве проделала путь с юго-восточного побережья Черного моря Турции в Германию, находясь в ручной клади своей матери. Это было в начале 1970-х годов. В Баден-Вюртемберге ее отец работал на стройке, и семья имела возможность поднять детей на ноги. «Типичная история гастарбайтеров», – говорит 48-летняя женщина. Сегодня она живет недалеко от Франкфурта-на-Майне. «Когда мне было 19 лет, я стала гражданкой Германии», – говорит она. Мать и семеро братьев и сестер также выбрали немецкое гражданство в 1990-х годах. Отец нет. «Он всегда считал себя в Германии гостем, а позже вернулся на свою старую родину». Он умер в Турции, прежде чем сбылась мечта насладиться плодами своего тяжелого труда. Мать долго колебалась, но в итоге осталась с детьми и внуками. Севги окончила школу, училась и сейчас работает в банке. «Когда мне впервые разрешили голосовать, для меня было очень важно действительно чувствовать себя в Германии как дома и принадлежать к ней». Она голосует на каждых выборах. «Турки очень чувствительны в политическом отношении, в семьях много говорят о политике, даже когда встречаешься с друзьями, в отличие от немцев», – говорит она. Мать часто спрашивала ее и ее братьев и сестер, какая партия за что выступает. «Она узнавала от нас программы партий, а затем голосовала, хотя по-настоящему так и не выучила немецкий».

Для меня было очень важно проголосовать, чтобы чувствовать себя в Германии как дома и принадлежать к ней.

Севги Санна, клерк

https://www.deutschland.de/en/2021-bundestag-elections

«Недостаточное знание немецкого языка» – именно по этой причине Амина Чебли долгое время не подходила к урне для голосования. 40-летняя марокканка прожил в Германии 20 лет и натурализовалась в 2013 году. У Амины Чебли четверо детей, старшему – 18, а младшему – 5 лет. «Я домохозяйка», – говорит она. Но еще она на добровольных началах занимается интеграцией в области спорта: во время пандемии короны она забирала женщин-мигрантов из их тесных квартир в районе Рейн-Майн, чтобы они могли немного подвигаться и заняться спортом. Она часто обсуждает в семье, с друзьями и соседями программы разных партий. «Все говорят что-то свое!» Вообще она из политически активной семьи, ее брат – мэр одного городка в Марокко. Сейчас она неплохо знает немецкий и хочет впервые пойти проголосовать на федеральных выборах. И у нее есть даже идеи, как улучшить жизнь: «Мое пожелание – чтобы партии больше информировали граждан о своих программах, в том числе на арабском языке».

© www.deutschland.de

You would like to receive regular information about Germany? Subscribe here: