Германия без стены

Итоги: многое изменилось за 30 лет, но различия остались.

Сегодня фрагменты стены в Берлине – это туристический аттракцион.
Сегодня фрагменты стены в Берлине – это туристический аттракцион. dpa

В эйфории первых месяцев после падения внутригерманской границы большинство людей считало, что срастание двух государств и их экономических систем произойдет быстро и безболезненно. В действительности получилось совсем иначе. Путь выдался долгим и сложным, и объединенная Германия до сих пор далека от достижения заветной цели. В начале наблюдатели недооценивали экономические проблемы воссоединения, потому что экономический потенциал ГДР оценивался гораздо выше, чем он был в реальности. Потом пришлось иметь дело с различием в менталитетах, потому что система ГДР глубоко проникла в сознание людей. Когда прошла первая волна эйфории, то многие ощутили большую ностальгию по старой системе. До сих пор нет ответа, как компенсировать фрустрацию тех, кто стал свидетелем краха всего того, во что он верил и что помогал строить на протяжении своей жизни в ГДР. Спустя 30 лет после падения стены материальные проблемы срастания двух систем можно считать решенными, но различия в социальном менталитете и политической культуре остались.

Херфрид Мюнклер: «Различия в ментальности остались».
Херфрид Мюнклер: «Различия в ментальности остались». dpa

Скорее всего с этим придется смириться на продолжительное время. В конце концов, даже в старых федеральных землях (да и в старой Федеративной Республике) существовали значительные расхождения в базовых установках между Южной и Северной Германией. В этом смысле восточные немцы просто стали третьей группой с различиями в менталитете. Во всяком случае, таким мог бы быть спокойный взгляд на воссоединенную Германию, без всякого нагнетания со стороны соцопросов на тему различий между восточными и западными немцами. Ведь Германия довольно поздно пришла к национальному государству, в ней долгое время сохранялись сильные региональные особенности. И теперь это не изменится вот так по мановению волшебной палочки.

Германия издавна является страной с сильными региональными особенностями

Херфрид Мюнклер, политолог

Даже если восточные немцы в общественном сознании ассоциируются с критикой в адрес мигрантов, с ксенофобией и антиисламскими выступлениями, в том числе в связи с выборами в Бундестаг, все-таки это не ведет к какой-то изоляции Германии в европейском контексте. Все-таки немцы, при всей их склонности к право-популистским партиям и движениям, не выбиваются из общеевропейского тренда, причем правые популисты у нас в стране до сих пор не смогли получить место в правительственном кабинете. Германия вполне нормальная европейская страна, в том числе если иметь в виду легкую политическую дестабилизацию и некоторые возможные трудности в плане формирования правительства.

Тогда граница одним своим видом внушала страх: «Автобан между двух зон под Мариенборном».
Тогда граница одним своим видом внушала страх: «Автобан между двух зон под Мариенборном».
dpa

Если что-то и изменилось, то это экономический вес и политическая ответственность Германии в рамках Европейского Союза. Если Франция, Италия и Великобритания раньше шли примерно вровень с экономическими и демографическими темпами старой Федеративной Республики, то после 1990 года ситуация стала иной. Сейчас Германия является страной с наибольшим по численности населением в ЕС, располагает самой сильной экономикой. Федеральное правительство тоже не спешит самоутверждаться в роли европейского лидера, а скорее стремится брать на себя большую ответственность. В ближайшее время ситуация скорее всего не поменяется, даже если Германия будет более активно действовать в плане реализации европейской внешней политики и политики безопасности, чего желают многие.

Автор: проф., д-р Херфрид Мюнклер – один из крупнейших германских политологов. До своего ухода на пенсию в октябре 2018 года он преподавал в Гумбольдтовском университете в Берлине.

You would like to receive regular information about Germany?
Subscribe here: