«Положительное влияние на судьбы множества людей»

Здравоохранение, гуманитарные вопросы и права человека – о задачах Германии на месте расположения ООН в Женеве говорит посол Михаэль фон Унгерн-Штернберг.

Заседание Совета по правам человека ООН в Женеве
Заседание Совета по правам человека ООН в Женеве UN Photo/Jean-Marc Ferre

Женева считается ­операционным центром ООН. Посол Михаэль фон ­Унгерн-Штернберг о вкладе Германии в ­решение самых насущных ­вопросов времени.

Михаэль фон Унгерн-Штернберг
Михаэль фон Унгерн-Штернберг Kay Nietfeld/dpa-Zentralbild/dpa

Господин посол фон Унгерн-Штернберг, в эпоху «холодной войны» Женева славилась как центр агентурных связей и площадка для мирных переговоров. А с чем сейчас ассоциируется город?
Как-то охарактеризовать этот город ООН гораздо сложнее, чем Нью-Йорк. В Нью-Йорке есть Генассамблея, Совбез, Секретариат – четкие и ясные структуры. А в Женеве наоборот множество международных организаций с разными задачами, мандатами и подоплекой, постоянно проходят переговоры о мире.

То есть это самостоятельный центр ООН?
Женева – часть большой семьи ООН. Но сюда относятся и вполне самостоятельные организации. Например, ВОТ, ВОЗ или ВТО. Иными словами, Женева дополняет Нью-Йорк. Здесь на первом плане вопросы мира и безопасности, те же социальные и гуманитарные темы, вопросы торговли..

За соблюдение прав человека нужно ­бороться.

Михаэль фон Унгерн-Штернберг, посол Германии в ООН в Женеве

То есть это самостоятельный центр ООН?
Женева – часть большой семьи ООН. Но сюда относятся и вполне самостоятельные организации. Например, ВОТ, ВОЗ или ВТО. Иными словами, Женева дополняет Нью-Йорк. Здесь на первом плане вопросы мира и безопасности, те же социальные и гуманитарные темы, вопросы торговли.

Тогда для Вас факт очередного членства ­Германии в Совбезе ООН (с января 2019 г.) не играет такой уж важной роли?
Так, конечно, нельзя сказать. Естественно, мы работаем напрямую с Нью-Йорком. Но Германия, в силу более широкого понимания безопасности, активно участвует в реализации ­Целей, продвигает ряд других тем, которые, быть может, раньше были более привычны для Совета Безопасности (взять те же права человека или охрану климата). Ведь в тех странах, где не уважают права человека, соответственно велика и опасность возникновения кризисов. Связь очевидна, а значит, эти вопросы нужно включать в повестку дня. Опять же в Женеве находится ряд ключевых организаций, а значит, членство в Совбезе дает нам ­дополнительную мотивацию. Мы хотим больше сблизить Женеву и Нью-Йорк.

Ключевое слово «права человека». Совет по правам человека постоянно критикуют за слабость или даже видимость деятельности. Каково Ваше отношение?
У нас тут другая перспектива. Ясно, что за ­соблюдение прав человека нужно постоянно бороться. Поэтому мы и включили эту тему в нашу повестку дня на время непостоянного членства в Совете Безопасности. Рассматривать Совет по правам человека как устаревший и бесполезный неправильно. Несколько лет назад прошла важная реформа, мы упразднили Комиссию по правам человека; за счет этого удельный вес западных стран несколько сократился. Вот это вызвало ряд крити­ческих голосов.

Вы эту критику не разделяете?
Думаю, в Женеве преобладает мнение, будто Совет по правам человека благодаря этой ­реформе стал вызывать большее доверие и приобрел больший авторитет. У нас сегодня есть механизмы, которых раньше не было. Они могут помочь улучшить ситуацию с правами человека в мире.

А какие это механизмы?
Например, «Universal Periodic Review», сокращенно «процесс UPR». Речь идет о процедуре проверки, которая идет с 2007 г. и которую должна регулярно проходить каждая страна. Ее проходила Камбоджа, Руанда, Китай, Саудовская Аравия, США. В Германии работала комиссия в 2009, 2013 и совсем недавно, в 2018 году. Изучаются потенциальные нарушения прав человека, например, по отношению к мигрантам, равноправию полов и многим другим вопросам. К моменту следующей проверки страна должна подготовить отчет о мерах, принятых для исправления выявленной ситуации.

Мировая торговля, кризис беженцев, права человека, глобальные эпидемии – можно ли говорить об особом профиле Германии в Женеве?
Мы пытаемся конструктивно сотрудничать во многих областях, потому что мы считаем мягкие факторы безопасности важными и работаем над ними в Женеве. Мировая ситуация ­такова, что нам нужно сосредоточить свои усилия на предотвращении кризисов. Мы – второй по величине в мире донор гуманитарной помощи. Мы активно сотрудничаем с 20–30 находящимися здесь организациями.

А можно уже сказать, чем Вы будете ­заниматься в ближайшие месяцы?
Точно пока не могу сказать. ООН – это как весь мир в миниатюре, а мир как раз неспокоен. Несомненно, мы продолжим заниматься вопросами торговли, ситуацией в Йемене (там происходит ужасающий гуманитарный кризис). К счастью, у нас есть прогресс по ряду направлений. Например, по переговорам в Швеции в конце 2018 г. Мы как немцы, находясь в Женеве, являемся лишь частью ­общих процессов, но мы хотим по возможности остановить гибель людей.

Интервью: Фридерике Бауэр

© www.deutschland.de

You would like to receive regular information about Germany? Subscribe here: