Об ответственности религий за мир

Все религии говорят о мире, однако каждый день от имени религий ведутся войны, совершаются террористические акты. О мирном потенциале религий обычно не упоминают, но именно он мог бы весьма пригодиться в политике

в 1964 г. Мартин Лютер Кинг получил Нобелевскую премию мира
в 1964 г. Мартин Лютер Кинг получил Нобелевскую премию мира dpa/epa/AFP

Британский писатель Иэн Макюэн мечтает о мире без религии. Это будет мир «преисполненный благоговения перед святостью жизни». А вот религия, наоборот, стоит «в центре больших конфликтов нашей эпохи», – написал он в еженедельнике «Die Zeit». С этой точкой зрения согласна и бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт. В своей книге «Могущественный и всемогущий» она утверждает, что религии всегда были (хотя и не только) «источником ненависти и конфликта», причем именно в политике. Но она не предлагает убрать религии, а как раз наоборот, использовать теологов и других экспертов в области религии как внешнеполитических консультантов.

Потенциал насилия и мира

Интеллектуалы и политики, СМИ и ученые, да и вообще большая часть человечества убеждена в том, что религии заключают в себе гигантский конфликтный потенциал. Ежедневно мы читаем в газетах, слышим по радио и телевидению: «священная война», «фундаменталистский террор», «смертники», «религиозные фанатики» и так далее. Всем ясно: религия может служить опасным и губительным оружием в ходе конфликта.

Вот о чем в СМИ обычно умалчивается, так это религиозный потенциал мира. Об этом ничего не услышишь, не прочтешь. Может быть, его вовсе не существует? Но ведь все уважаемые люди и верующие всех религий говорят о мире? Или это только слова? В то же время, если существует такой потенциал, то что он из себя представляет? В чем он проявляется? В добрососедстве, в дружеских улыбках? В заявлениях высокопоставленных служителей церкви на камеру, в заверениях в своей толерантности, любви к миру? Или у религиозного стремления к миру все же есть некая политическая релевантность, конкретная и практическая, которая может быть использована во внутренних и международных конфликтах, в войнах и гражданских войнах?

Предотвращение, сопротивление, медиация, примирение

В литературе, в том числе научной литературе, ответа на этот вопрос нет. Публицисты и исследователи мира в массе своей фокусируют внимание на деструктивном потенциале религии. «When it bleeds, it leads», – когда проливается кровь, тогда только и начинают бить тревогу. Едва ли кому-то приходило в голову рассуждать о конструктивном потенциале религий. Это тем более удивительно, что самые известные поборники непротивления злу силой, всемирно известные борцы за мир – Махатма Ганди и Мартин Лютер Кинг – были не только политическими фигурами, но прежде всего глубоко религиозными деятелями. Они не отделяли религию и политику мира. А ведь у Ганди и Кинга была масса последователей – религиозных деятелей, которые в политических конфликтах успешно содействовали их деэскалации и при этом избегали насилия. А таких примеров на самом деле десятки, они есть в каждой стране –Албании, Бирме, Кении, Польше, ЮАР, Уганде, Зимбабве, где в результате вмешательства религиозных организаций происходило затухание конфликтов. Мужчины и женщины с религиозной мотивацией останавливали или предотвращали конфликты, содействовали миру и примирению. Естественно, они были не единственными игроками. Это и понятно: один в поле не воин. Но именно их вмешательство становилось решающим фактором деэскалации, которая до того момента казалась невозможной.

Ведь если кто-то желает разжигать конфликты и вести войны, то он не нуждается в оправдании со стороны религии.

Д-Р Маркус А. Вайнгардт, Публицист и исследователь мира

Мир без религии?

Никто не станет спорить с тем, что в истории ­было множество страданий и смертей из-за ­религиозных преследований. И будет еще немало страданий и смертей. И в то же время нельзя ­отрицать, что страдающим людям очень много помогали именно по религиозным мотивам, стремились к миру, избегали насилия. Уместен вопрос: был бы наш мир более мирным без ­религии?

Вот здесь нужно прямо сказать: нет! Ведь если кто-то желает разжигать конфликты и вести войны, то он не нуждается в оправдании со стороны религии. Для этого вполне достаточно секулярного мировоззрения – посмотрите на фашизм, этницизм, империализм и коммунизм. Все эти «измы» тяготеют к эксклюзивности, к самоизоляции; отсюда лишь малый шаг к конфронтации, а потом и к насильственной агрессии. Подавляющее большинство из миллионов пострадавших в войнах XX в. были жертвами секулярных идеологий, а не религиозного насилия. И даже сегодня, вопреки распространенному мнению, лишь малая часть насильственных конфликтов имеет под собой чисто религиозные основания. По крайней мере, таковы данные «Гейдельбергского барометра конфликтов».

Мир с религией!

Вместе с тем очевидно, что многие конфликты и войны заканчивались бы с бoльшим количеством жертв, если бы в них не было религиозно мотивированных игроков. Помимо стремления к миру и ответственности за мир религиозные игроки располагают, как правило, серьезным кредитом доверия у конфликтных партий. Секулярные силы – как политические организации, так и НГО – обычно подозреваются в том, что за их действиями стоят какие-то скрытые интересы. Прежде всего, это касается зарубежных миротворцев или организаций, финансируемых из-за рубежа. А вот религиозная мотивация у миротворцев всегда ­вызывает доверие.

Как религиозные игроки деэскалируют конфликты

Это доверие открывает двери, благоприятно сказывается на ходе переговоров, вообще создает климат доверия, которого лишены светские игроки. В то же время светские и религи­озные миротворческие организации следует рассматривать не столько как конкурентов, сколько как партнеров. И те, и другие обладают важными компетенциями и могут прекрасно ­дополнять друг друга. И все-таки, к сожалению, религиозно мотивированные (потенциальные) игроки редко воспринимаются всерьез, их миротворческие компетенции кажутся чем-то маргинальным, или их попросту игнорируют. В результате упускается шанс избежать кризиса, осуществить деэскалацию конфликта, а значит, страдают сотни тысяч людей.

Изоляция или поиск взаимопонимания?

Кредит доверия религиозным игрокам не зависит от конфессиональных, культурных или этнических различий. Бывает и так, что участники конфликта и посредники принадлежат различным религиям. Согласно результатам эмпирических исследований, нет каких-то особых религий, которые больше или меньше склонны к ­насилию (или, наоборот, к миролюбию), чем другие. Все религии потенциально могут способствовать обострению конфликта, и в равной мере потенциал религии допускает использование в целях преодоления конфликтов и насилия. Широчайший спектр интерпретаций религиозных сочинений (или их фрагментов), расхождения в традициях привели к возникновению множества самых разных конфессий, течений, сообществ, группировок. Однако эта же палитра интерпретаций позволяет религиозно обосновать и легитимировать любой поступок и, в том числе, насилие.

Таким образом, в плане конфликтов религии изначально не являются ни плохими, ни хорошими. У религий, как у той самой медали, всегда две стороны. С одной стороны, она разжигает конфликт, с другой – смягчает его. Какая из них окажется более сильной, зависит, прежде всего, от позиции той или иной религиозной группы, от позиции каждого верующего. Они могут фокусироваться на изоляционистских аспектах религии, акцентировать фобии и потенциально конфликтогенные составляющие религиозного предания (причем как в своей, так и в чужой религии) или, наоборот, могут быть ориентированы на мирную составляющую традиции, находить идеи непротивления злу силой в своей религиозной традиции, акцентировать ценности, общие для всех религий.

Конфессиональное и культурное окружение, религиозное образование, примеры святых или подвижников – все это играет огромную роль, когда речь идет о предпочтении той или иной стороны медали. Вместе с тем очень важно, чтобы политики учитывали ответственность религиозных сообществ за мир, их компетенции в деле мира. Скажу больше: религиозным организациям нужно постоянно напоминать об их ответственности, активно вовлекать их в миротворческие акции.

Политика, религиозные сообщества, светские мирные инициативы тесно связаны друг с другом и могут очень выиграть от такого взаимодействия. Если все они задействуют свои возможности и компетенции, все возьмутся за один канат, то мы сможем добиться потрясающих результатов в плане укрепления мира, причем и на локальном, и на национальном, и даже на глобальном уровне. 

© www.deutschland.de