«Рождество у нас пахнет солнцезащитным кремом»

27-летний пловец на открытой воде Филипп Зайдлер живёт в городе Свакопмунд. Этот намибиец с немецкими корнями входит в число самых успешных спортсменов страны. Он дважды принимал участие в Олимпийских играх в соревнованиях по плаванию на дистанции 10 километров. В то время как в Германии на Рождество выпадает снег или замерзают дороги, Зайдлер отмечает праздники под жарким солнцем прямо на берегу Атлантического океана. Спортсмен рассказывает, как ему живется на стыке двух культур. 

«Возможно, некоторым людям в Германии это покажется странным, но на Рождество у нас пахнет солнцезащитным кремом и углем для гриля, а не жареным гусем. Утром я сначала проплываю свой тренировочный километраж в заливе недалеко от Свакопмунда, а потом сижу с семьей перед рождественской елкой. После этого я снова отправляюсь на пляж, встречаюсь с друзьями, а вечером в кругу семьи ем брааи, то есть сочное мясо, приготовленное на решетке для гриля. 

Моя бабушка приехала в Намибию из северной Германии после Второй мировой войны как сотрудница Красного Креста. Она помогала строить бесплатные столовые, детские сады и школы в Катутуре. Я вырос намибийцем с немецкими корнями — посреди немецких семейных традиций и намибийских будней. 

В детстве я ходил в государственную школу. Там собирались все: гереро, овамбо, немецкоязычные дети и многие другие. Так я помимо немецкого и английского языков среди прочего выучил африкаанс. Еще я понимаю ошивамбо и гереро — языки, которые усваиваются здесь абсолютно естественно, по мере того как вы вместе растете. Многие наши семейные традиции родом из Германии: мы празднуем День святого Николая, Адвент и ходим в церковь на Рождество. Мы мастерим рождественский венок с четырьмя свечами и вешаем адвент-календарь — только у нас в это время царит летняя жара, а прямо за дверью находится пляж».

«Вместе с братом я организую спортивные мероприятия, которые объединяют людей из разных культур и слоев общества. В наших забегах участвуют все: босиком и в традиционных костюмах, бедные и богатые. Некоторые из моих самых близких друзей — представители народа гереро. Мы вместе работаем, вместе тренируемся, вместе празднуем. С учетом геноцида племен гереро и нама во времена германского колониализма это, конечно, не воспринимается, как нечто само собой разумеющееся. Но каждое следующее поколение становится на шаг ближе друг к другу. Когда я вижу, как благодаря спорту зарождаются новые дружеские отношения или как дети из бедных кварталов финишируют с горящими глазами, я понимаю, что эта работа стоит того».