Почему наука в Германии играет столь важную роль?
Традиции медицинских исследований, заложенные в берлинской клинике «Шарите», продолжают культивироваться в Германии по сей день. Ее история также дает ответ на вопрос, почему в научных исследованиях необходимо соблюдать этические границы.
Stefanie Hardick Краткое изложение
- В XIX веке Берлин стал центром медицинских исследований. В «Шарите» работали Рудольф Вирхов, Роберт Кох и Эмиль фон Беринг.
- Исследования и экономика с самого начала были тесно связаны. Такие компании, как «Сименс» и «Шеринг», совместно с учеными разрабатывали медицинское оборудование, методы измерения и лекарственные препараты.
- Рудольф Вирхов оказал определяющее влияние на современную патологию. За время его работы коллекция препаратов в «Шарите» выросла с 1 500 до 23 000 экспонатов.
- Вирхов рассматривал здравоохранение как общественную задачу. Он исследовал взаимосвязь между болезнями, бедностью и плохими условиями жизни и выступал за улучшение санитарных условий.
- Берлин модернизировал свою инфраструктуру здравоохранения. Система водоснабжения, канализация и центральный скотобойня способствовали защите населения от инфекционных заболеваний.
- Период нацизма изменил представления об ответственности ученых. Врачи и ученые участвовали в принудительной стерилизации, убийствах больных и экспериментах на людях. Сегодня «Шарите» также чтит память об этих преступлениях и их жертвах.
Что общего у жареной колбаски и передовых научных исследований?
Представьте, что вы находитесь на уличном фестивале в Германии. Вы заказываете колбаску и холодный напиток со льдом. Вы, вероятно, не задаетесь вопросом, безопасно ли это мясо или чистая ли была вода. Но именно в этом вся соль: для большинства жителей Германии сегодня безопасность продуктов питания — это нечто само собой разумеющееся. За этим стоят не только строгий контроль и гигиенические нормы, но и более чем 150-летние научные исследования.
С каких пор наука в Германии играет такую важную роль?
В XIX столетии Берлин превратился в ведущий центр медицинских исследований мирового уровня. В «Шарите» работали врачи Рудольф Вирхов, Роберт Кох и Эмиль фон Беринг. Они кардинально изменили взгляд на болезни: не просто лечить, а понять их этиологию, остановить развитие эпидемий! Их научные труды принесли «Шарите» мировую славу и сделали современную медицину такой, какая она есть сейчас.
Поскольку прусские короли были очень властолюбивы и часто вели войны, первоначально они вкладывали средства в подготовку военных врачей, а позже и в медицинские исследования.
Почему Берлин стал лабораторией современной медицины?
Город привлекал исследователей со всего Германского рейха того времени. «Берлин был плавильным котлом», — говорит Натали Штельмах, руководитель отдела образования и работы с общественностью Музея истории медицины «Шарите» в Берлине. В столице Пруссии были особенно благоприятные условия для врачей. По мнению Штельмах, одной из причин была политика прусских королей: «Поскольку прусские короли были очень властолюбивы и часто вели войны, первоначально они вкладывали средства в подготовку военных врачей, а позже и в медицинские исследования».
С середины XIX столетия в Берлине располагались фирмы Сименса и Шеринга, которые тесно сотрудничали с учеными из клиники. Они разрабатывали медицинские приборы, методики измерений и лекарства. Так в Берлине возникла новая научная культура: ее целью было систематическое исследование заболеваний, анализ полученных результатов и внедрение их в практику совместно с университетами, правительством и компаниями. Достижения «Шарите» вышли далеко за пределы Берлина. Тесное сотрудничество между наукой, правительством и промышленностью стало отличительной чертой Германии как научного центра и продолжает оставаться его сильной стороной по сей день.
Так причем тут колбаски и питьевая вода?
На самом деле связь глубже, чем кажется на первый взгляд. В период с 1860 по 1880 год население Берлина удвоилось и достигло 1,3 миллиона человек. Сотни тысяч людей жили в антисанитарных условиях, часто без канализации и чистой питьевой воды. Забой скота происходил на задних дворах многоквартирных домов, отходы попадали в сточные канавы, а патогенные микроорганизмы могли легко распространяться через загрязненную воду и пищу. Врачи клиники «Шарите» ежедневно наблюдали последствия: холера, тиф, дизентерия и другие инфекционные заболевания. Одним из этих врачей был Рудольф Вирхов. Он был настроен не только лечить эти болезни, но и понять их причины, а также предотвратить их возникновение.
Как в итоге поступил Вирхов?
Он не просто обследовал отдельных пациентов. Он собирал данные, посещал наиболее пострадавшие районы и выяснял, почему вообще распространяются болезни. Одновременно с этим он заложил основы современной патологии — науки, изучающей патологические изменения в тканях, клетках и органах с целью понимания заболеваний. И он собрал в «Шарите» уникальную коллекцию образцов. «Когда Вирхов устроился работать в клинику, здесь было всего 1500 образцов, а в итоге их стало 23 000», — говорит Натали Штельмах. «И что характерно: к этой коллекции открыт доступ любому желающему вот уже 150 лет!».
Для Вирхова наука не заканчивалась в лаборатории. Он думал о том, как улучшить жизнь людей. Он был убежден, что болезни имеют не только медицинские причины, но и тесно связаны с бедностью, недостатком образования и плохими условиями жизни. Поэтому Вирхов и другие сторонники реформ выступали за то, чтобы здравоохранение стало предметом заботы государства. И успехи не заставили себя ждать: Берлин стал одним из первых крупных европейских городов, построивших современную систему водоснабжения, канализации и центральную скотобойню — меры, которые защитили миллионы людей от болезней.
Почему этические аргументы играют такую важную роль в Германии, например, в исследованиях стволовых клеток, донорстве органов или искусственном интеллекте?
Вирхов и другие врачи клиники «Шарите» сделали медицину эффективной наукой. Стали лучше понимать причины заболеваний, быстрее выявлять патогены и разрабатывать новые методы лечения. Но вместе с развитием науки возросла и ее ответственность перед обществом. И все же в период нацистского режима с 1933 по 1945 год многие врачи и ученые в этом отношении не смогли выдержать планку. Они стали соучастниками преступлений нацистского режима: стерилизовали женщин против их воли, убивали душевнобольных и проводили жестокие эксперименты над людьми. Процесс осмысления прошлого начался лишь спустя десятилетия. В 2013 году в клинике «Шарите» появился мемориал, где вспоминают как виновников, так и жертв, а также многих еврейских врачей и исследователей, подвергшихся преследованиям, изгнанию или убийству.
Печальный опыт нацистской эпохи не забыт в Германии по сей день: есть понимание того, что науке необходима не только свобода, но и четкие этические границы. Поэтому вопросы этики научных исследований – от исследований стволовых клеток до искусственного интеллекта – обсуждаются особенно серьезно.
